ampelios (ampelios) wrote,
ampelios
ampelios

Categories:

Докладная записка директору КФ ИА НАНУ

8 ноября 2004 г. во второй половине дня в КФ ИА НАНУ пришли В.А. Петровский и И.В. Мосхури, оба - в состоянии алкогольного опьянения. Поводом к визиту был поиск в библиотеке Филиала статьи Т.А. Бобровского, касающейся пещерных монастырей крымского полуострова, ксерокопию которой я изготовил по их просьбе. Однако, как выяснилось в ходе дальнейшего разговора, целью прихода означенных граждан было выяснение отношений касательно сотрудничества КФ ИА НАН Украины с к.и.н. А.Ю. Виноградовым и Н.Е. Гайдуковым. Мне известно, что несколько лет назад между В.А. Петровским и А.Ю.Виноградовым Н.Е. Гайдуковым возник конфликт. Кроме того, в прошлом году А.Ю. Виноградов и Н.Е. Гайдуков выступили экспертами при подготовке официального отзыва на диссертацию соискателя степени кандидата богословия протоиерея Сергия Халюто, рассматривавшего в работе вопросы истории и археологии пещерных монастырей Крыма. Моя попытка объяснить, что данный отзыв, неважно положительный или отрицательный, не имеет отношения к деятельности КФ ИА НАНУ и отражает личную позицию московских коллег, успехом не увенчалась. В.А. Петровский и И.В. Мосхури в крайне категоричной форме требовали от меня объяснений "кто такие эти Гайдуковы и Виноградовы", какое они имеют право писать отрицательный отзыв, которым обидели "нашего папашку" (это - относительно священнослужителя, благочинного Бахчисарайского округа). Насколько мне известно, И.В. Мосхури оказывал определенную помощь в подготовке диссертации о. Сергию Халюто, а потому счел отрицательный отзыв личным оскорблением. Я попытался еще раз объяснить, что не имею отношения к отзыву на диссертацию и предложил о. Сергию лично, без посредников, решать вопрос о возможности обсуждении его работы в КФ ИА НАНУ, оказании ему методической помощи и консультаций со стороны сотрудников Филиала, тем более, что недавно между Филиалом и Симферопольской и Крымской епархией заключен договор о сотрудничестве, предусматривающий подобную работу. Однако эмоции не позволили В.А. Петровскому и И.В. Мосхури положительно воспринять данное предложение. Из довольно путанного разговора выяснялось, что вышеуказанные граждане собирают какой-то "компромат" на Гайдукова и Виноградова, с которыми, по их мнению, Филиал не должен сотрудничать. Абсурдность такого заявления очевидна, хотя это вряд ли поняли В.А. Петровский и И.А. Мосхури, пребывавшие явно в неуравновешенном состоянии, перебивая меня репликами типа "найдутся и поумнее вас", "за это ваш отдел и не любят", "Крым вообще в долгу перед Москвой" и прочими оскорбительными высказываниями. И.В. Мосхури вспомнил и личную обиду, якобы нанесенную ему руководителем Крымского отделения Института востоковедения А.И. Айбабиным и сотрудником отделения М.А. Араджиони, в лице которых И.В. Мосхури не нашел поддержки каких-то своих очередных прожектов. Разговор, точнее монолог Мосхури, принял явно неконструктивный характер, стал крайне неприятен и, в целом - беспредметен. Полагая, что "беседа" закончена и я вряд ли могу быть им полезен (тем более, что общение с нетрезвыми людьми не вызывало у меня особого воодушевления), я сделал В.А. Петровскому и И.В. Мосхури по чашке крепкого кофе в надежде, что тонизирующий напиток немного приведет "в чувство" эмоциональных посетителей. Оставалось верить, что конфликтная ситуация разрешиться и рассудок возьмет верх над эмоциями. Хотя если говорить откровенно, мне хотелось скорее избавится от выпивших "правдоискателей", обратившихся явно не по адресу. После этого, сообразуясь с нормами этикета, я проводил гостей до крыльца. К сожалению, напиток оказал обратное действие. В.А. Петровский заявил, что основной "компромат" против Виноградова и Гайдукова - это раскопки сезона 2004 г. проводившиеся по "Открытому листу", выданному на мое имя. Петровский утверждал, что если я не прекращу общения с московскими коллегами, он будет писать жалобы, после которых "меня выгонят с работы". В.А. Петровский задал мне вопрос: буду ли я вести раскопки на городище Качи-Кальон? Я ответил, что не обязан отчитываться перед ним, но если в область научных интересов Филиала попадет городище Качи-Кальон, такие работы будут проведены. В.А. Петровский в крайне эмоциональной, а зачастую в грубой форме с применением нецензурной брани изложил суть имеющегося, по его мнению, "компромата" деятельности Бахчисарайского отряда Горно-Крымской экспедиции КФ ИА НАНУ, в составе которого в 2004 г. работали Виноградов и Гайдуков. Они были достаточно нелепыми. Выяснялось, что во время работ мы вырубили деревья и кустарники и тем самым нанесли непоправимый ущерб лесному хозяйству Крыма. Это абсурдно хотя бы с той точки зрения, что деревья растущие на плато Тепе-Керменского городища не относятся к ценным породам - это естественная поросль, образовавшаяся в течение последних 20-30 лет. Одно из деревьев действительно своей корневой системой глубоко проникло в кладку стены в пещере 48, препятствовало раскопкам, поэтому и было выкорчевано. Далее В.А. Петровский утверждал: сотрудники отряда специально навалили камни на кустарник для того, чтобы они "упали на голову бедного Петровского" в случае если он будет вести раскопки на нижней террасе городища. Несмотря на нелепость такого заявления и не вполне понимая о чем он говорит, я резонно предложил В.А. Петровскому сбросить кажущиеся ему "опасными" камни, как это обычно делают для обеспечения безопасности в условиях горной местности. Смысл этого заявления стал понятен из дальнейшего разговора. Выяснилось, что В.А. Петровский в этом году не проводил и не будет проводить работ на Тепе-Керменском городище, так как Бахчисарайский историко-культурный заповедник воздержался от заключения с ним договора на исследование памятника. Но, не желая терять в дальнейшем "права" на памятник, Петровский счел нужным списать свою бездеятельность на "объективные обстоятельства", точнее на сотрудников Бахчисарайского отряда Горно-Крымской экспедиции "по вине" которых, якобы, эти работы не велись. Здесь следует сделать некоторые пояснения. В настоящее время В.А. Петровский является частным лицом и не работает ни в одной из организаций, устав которых предусматривает проведение археологических раскопок. При получении в Полевом комитете ИА НАН Украины "Открытого листа" и "Разрешения" Министерства культуры и искусств Украины, он ввел в заблуждение уполномоченных лиц этих учреждений, именую себя в заявках "научным сотрудником центра детского и юношеского туризма". Во-первых, должность "научного сотрудника" В.А. Петровский никогда не занимал (ввиду отсутствия таковой в штатном расписании Центра): во-вторых, Центр не является организацией, имеющей право на проведение археологических раскопок. КФ ИА НАНУ не опротестовывал выданные В.А. Петровскому квалификационные документы. Будучи знаком с ситуацией в отношении В.А. Петровского, еще до получения им (фактически путем подлога) "Открытого листа" я в личной беседе просил В.А. Петровского воздержаться от подачи заявки на исследования городища Тепе-Кермен. Тогда же В.А. Петровский заверил, что такой заявки подавать не будет, а ограничится исследованиями позднесредневекового храма в г. Бахчисарай. Исследования этого достаточно интересного памятника уже около 10 лет ведутся В.А. Петровским, хотя, к сожалению, за все годы работ автором раскопок не подготовлено ни одной научной публикации, касающейся данного объекта. К представленным на обсуждение полевым отчетам В.А. Петровского всегда имелось большое число замечаний, но, учитывая необходимость доследования памятника, рецензии представлялись в целом положительные. На городище Тепе-Кермен В.А. Петровский проводил раскопки в 1998 г., после этого более 5 лет исследования объектов городища им не возобновлялись. В начале полевого сезона 2004 г. выяснилось, что В.А. Петровский все же подал заявку на выдачу ему "Открытого листа" на изучение городища, которая и была удовлетворена Полевым комитетом ИА НАНУ. В тоже время работы на городище были предусмотрены и "Открытым листом", выданным на мое имя. Учитывая данное обстоятельство и не желая предавать огласке манипуляции В.А. Петровского, ему было предложено скоординировать свою деятельность с КФ ИА НАНУ. Разговор на эту тему, имевший, в общем-то, частный характер (т.к. В.А. Петровский не представляет официальную организацию), состоялся в присутствии ученого секретаря КФ ИА НАНУ Айбабиной Е.А. В.А. Петровскому предлагалось указать на схеме северного склона городища (выполненной А.Ю. Виноградовым и Н.Е. Гайдуковым) участок предполагаемых раскопок. Судя по этой схеме, В.А. Петровский планировал провести шурфовку на нижней террасе городища непосредственно под "храмом с баптистерием", для "поиска подтверждений датировки храма VIII-IX вв". (!?). Насколько мне известно, БГИКЗ воздержался от заключения договора с В.А. Петровским, именующим себя в некоторых документах и в СМИ начальником Бахчисарайской экспедиции. Подобная научно-исследовательская структура не является подразделением ни одного из учреждений, как общественная организация она также не регистрировалась. Вместе с тем В.А. Петровский утверждает свое "авторское право" на городище Тепе-Кермен и настаивает на приоритете в его исследованиях. Не желая обострять ситуацию и допуская возможность финансирования БГИКЗ работ Петровского на городище, Бахчисарайский отряд Горно-Крымской экспедиции в 2004 г. провел раскопки на памятнике за счет средств, выделенных БГИКЗ на исследования Баклинского городища, а так же с привлечением личных средств участников. Результаты работ 2004 г. отражены в кратком отчете представленном в КФ ИА НАНУ и БГИКЗ. Одним из основных пунктов обвинений В.А. Петровского является наличие сброшенного сверху грунта на том месте, где он, якобы, предполагал шурфовку, вследствие чего он не смог провести работы в 2004 г. Здесь я хочу подчеркнуть: грунт и камни, извлеченные при расчистке пещеры 48 и спущенные вниз по склону ни как не могли перекрыть предполагаемое место раскопок В.А. Петровского, так как упомянутый объект исследований находится более чем в 10 м к востоку от "храма с баптистерием". Учитывая законы физики, которые наверняка известны В.А. Петровскому, предметы, обладающие массой (в том числе грунт и камни) обычно движутся вертикально вниз, а не перемещаются произвольно на 10 м с отклонением от оси падения. Вся эта нелепица, которую озвучил В.А. Петровский, по-видимому, является следствием чрезмерного употребления горячительных напитков, повышенной эмоциональностью и мнительностью, которая на этой почве развилась у г-на Петровского, главные проблемы которого существуют не в физической реальности, а в воспаленном воображении. Данное обстоятельство препятствует поиску конструктивных решений и не способствует научной работе, а ущемленное самолюбие подталкивает к поиску врагов и сбору компромата на бывших коллег. К сожалению, разговор о памятниках археологии завершился отнюдь не на мажорной ноте. В.А. Петровский стал в своих "объяснениях" все больше использовать "ненормативную лексику", не стесняясь при этом женщин, находившихся на крыльце Филиала. После нескольких предупреждений с моей стороны, которым В.А. Петровский так и не внял, вслед за очередной матерной тирадой пришлось дать ему подзатыльник, употребив его как единственное средство привести хама в чувство. После этого, в целом сознавая свою неправоту (в плане рукоприкладства), я по настоянию И.В. Масхури извинился перед Петровским, который, в свою очередь (теперь уже по моей убедительной просьбе) извинился перед женщинами. Этот беспредметный и крайне неприятный для всех разговор завершился Вашим вмешательством, после чего Петровский и Мосхури покинули Филиал. 17 ноября у меня состоялся телефонный разговор с о. Сергием Халюто, которого я лично знаю. Он заверил, что не уполномочивал Петровского и Мосхури вести какие-либо переговоры относительно его диссертации. Конфликтная ситуация стала для него полной неожиданностью, о. Сергий извинился за поведение вышеупомянутых "радетелей за справедливость". В ответ я предложил о. Сергию помощь в подборе соответствующей литературы и иллюстраций и посоветовал представить и обсудить его работу в отделе средневековой археологии Филиала. О. Сергий с благодарностью принял предложение. Несмотря на исчерпанный, как казалось, конфликт В.А. Петровский и И.В. Мосхури выполнили часть угроз, в частности ими был составлен Акт об имевших, якобы место нарушениях Закона Украины "Об охране культурного наследия". Среди подписавших Акт присутствовал м.н.с. отдела охраны памятников БГИКЗ Эмруллаев Ш.А., вряд ли знавший об истоках конфликтной ситуации. Его имя использовали составители Акта, что позволило откровенным шантажистам придать кляузе вид официального документа на бланке БГИКЗ. В ответ на письмо БГИКЗ, к которому был приложен упомянутый Акт, был составлен официальный ответ, по пунктам разъясняющий возникшие недоразумения. 19 ноября 2004 года состоялась моя встреча с директором БГИКЗ Е.В. Петровым на которой рассматривалась перспектива включения в штат БГИКЗ должности смотрителя городища Бакла. Достигнута предварительная договоренность о зачислении на эту должность жителя с. Скалистое Поцелуева Руслана Анатольевича. В конце разговора был затронут вопрос о конфликтной ситуации вокруг городища Тепе-Кермен. Е.В. Петров с пониманием отнесся к существующей проблеме, ознакомился с текстом ответа КФ ИА НАНУ и остался полностью удовлетворен содержавшимися в нем объяснениями. Если досадное недоразумение между БГИКЗ и КФ ИА НАНУ можно считать полностью исчерпанным, это навряд ли касается позиций граждан В.А. Петровского и И.В. Мосхури, которые, не найдя поддержки в БГИКЗ, скорее всего, будут продолжать писать акты, письма и т.п. "документы". Какие абсурдные обвинения будут выдвинуты в адрес Бахчисарайского отряда Горно-Крымской экспедиции, а так же в адрес А.Ю. Виноградова и Н.Е. Гайдукова - сложно предугадать. Чтобы как-то предотвратить эскалацию конфликта, полагаю со своей стороны целесообразным полностью прекратить какие-либо контакты с Петровским и Мосхури. Так как в данной ситуации затронуты интересы КФ ИА НАНУ, считаю необходимым поставить Вас в известность о произошедших событиях. М.н.с. отдела средневековой археологии КФ ИА НАНУ В.Ю. Юрочкин 20.11.04
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 8 comments