ampelios (ampelios) wrote,
ampelios
ampelios

Category:
  • Music:

Альтернативный Кипр. День первый. Левкосия-Фамагуста

По-турецки Лефкоша, по-крестоносчески Никосия – пусть будет по-древнему – Левкосия. Она начинается, как и вчера, с ожидания: Нихат ищет машину. Ожидание протекает на балконе, в чтении путеводителей и апологий турецкого Кипра, найденных у хозяев. С ними на подобные темы беседовать нет большого желания, да и понять друг друга проблематично. И вдруг все мгновенно меняется: приехал Нихат с Опелем Зафирой, грузим вещи в багажник, мчимся по узким улочкам к собору-мечети.
Левкосия поражает готикой. Не готикой даже, а ее качеством. Зрелая, высокая, северофранцузская, она удивляет проработанностью, увлекает изысканностью, но больше всего приводит в смятение контрастом с пыльным южным городом. Невольно вспоминается Палермо. Готика среди пальм, однако и пальмовые листья остроконечны, не сливаясь впрочем, но дополняя заусенцы церквей, усаженные голубями.
Утраты еще больше подчеркивают готическую структуру этого странного мира, Обнажившиеся трехъярусные контрфорсы, проглянувшее над обрушенным парадизом окно, осиротевшие ниши портала только добавляют величия этим полуруинам. Среди приобретений – михраб в трансепте и минареты на месте колоколен. Эти «ракеты класса земля-чалма» на готическом теле [Bad username: leonid_] остроумно сравнил с будущим Франции. Что может поразить теперь после Сент-Софи, Сент-Катрин, Сен-Николя-англичан?
Только настоящие руины. Это армянская церковь=монастырь бенедиктинцев. Самые живописные развалины из виданных и не виданных мной. Живописные потому что настоящие. Не туристические каменья дохлых греков, не обгрызанные временем и халифами пирамиды – зияющая на фоне неба обрешетка, сброшенные на пол надгробия заброшенных на Кипр французов, узкие тропинки поросших травой стен над пропастью капитула. И над всем этим несгибаемый железный крест, видный отовсюду, даже с юга.
Машина мечется по всем сторонам света, кроме юга. Киринейские ворота, и мы на свободе полей, мчимся вдоль ровной стенки гор. Там на севере, за Пентадактилем море. Не стоит спешить. Тем более по левой стороне. Первый раз мне пришлось ехать по стране с левосторонним движением, и это воспринять сложнее, чем научиться писать левой.
Остаток дня трудно описать. Это сплошные ощущения: зелено-желтые поля, овцы, овцы и еще раз овцы, бродящие по ним, по внезапно встающим холмам, по разрушенным деревенским церквям. Так в Аские, так в Тримифунте, так везде и всегда, так было и будет. Так жил и святой Спиридон: среди холмов, овец и храмов, в Аские, где родился, в Тримифунте, где пас стада бессловесные и словесные.
Аскию мы нашли вообще случайно: в Левкосии я выпросил список турецких названий греческих деревень, который потом куда-то запропастился, через Пашакей мы просто ехали в Тримифунт, а заехали туда из-за Борис Ивановича – его заинтересовали руины девятнашки. В Тримифунте-Эрдемли мы, напротив, ничего не увидели: храм превращен в казарму турецких солдат, которых встретишь в каждой второй деревне. Граница. Мы просто поднялись на холм и посмотрели на бывший город сверху: на утопающие в оливах дома, на одинокий минарет, на пентадактильную рамку горизонта.
Солнце клонилось, и потому мы мчались на восток, к Фамагусте. Проскочили Панагию тис трапезис – может, вернемся туда завтра. Вперед, вперед к морю. Да и море задели лишь краешком: рухнули без сил в гостинице. Скачать фотографии, написать дневные заметки, подготовить ночью план завтрашних скитаний. Фамагуста мерцает за окнами, суля еще лучшую готику, ласковое море, трепетных гадов на блюде. Но все только завтра. И слава Богу.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 5 comments